Пресс-Релизы

Эх, раз, еще раз - кто добудет нефть и газ?

Мы уже привыкли следить за увеличением цен на нефть и газ - как за индикатором благосостояния нашей страны. При этом на пике роста котировок у большинства вместо радости за пополнение бюджета возникал корыстный вопрос: «Почему же я не нефтяник? Ну, или газовик...» Высокие зарплаты, возможности роста - действительно, желающих должно быть хоть отбавляй. Но кто бы мог подумать: в нефтегазовой отрасли даже в кризис актуален вопрос нехватки профессиональных кадров...

Мечтать не вредно

А желающих на самом деле немало. Сегодня «Газпром» и ЛУКОЙЛ очень популярны среди соискателей. Согласно рейтингу «50 работодателей мечты для молодых специалистов» газеты «Акция» и приложения «Акция. Карьера», именно эти компании заняли первые места в 2009 году. А «Роснефть» поднялась сразу на 14 позиций по сравнению с прошлым годом и стоит на 6 месте. Данные Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) немного отличаются. Первенство отдают также «Газпрому» (33% опрошенных хотели бы там работать), а вот второе место в списке занимает «Роснефть» (23%), ЛУКОЙЛ же на пятом месте (14%). И с такими-то рейтингами ощущать недостаток кадров...

            Спокойствие, только спокойствие

Нефтегазовая отрасль пережила серьезное падение цен. Шутка ли, «черное золото» подешевело более чем втрое. Думалось, что это сильно ударит по компаниям, а значит, и по занятости специалистов в сфере. Однако уже в октябре цена стала вполне «комфортной». И на данный момент настроение у игроков вполне жизнеутверждающее. В своем кратком обзоре деятельности компаний нефтегазовой отрасли «Новые возможности в сложных условиях» эксперты фирмы «Эрнст энд Янг» (аудит, налогообложение и право, сопровождение сделок и консультирование) приводят данные исследования, в рамках которого были опрошены 569 руководителей высшего звена из многих стран мира и различных секторов экономики. По информации обзора, «большинство крупных нефтегазовых предприятий сохраняют или увеличивают объем своих инвестиций для удовлетворения постоянных потребностей в наращивании запасов и повышения объемов добычи».

Также данные исследования говорят о том, что респонденты из данной сферы «настроены чуть более оптимистично в отношении перспектив развития отрасли». Например, среди них 55% опрошенных на вопрос «Какие действия вы планируете предпринять в течение следующих 12 месяцев, чтобы при выходе из кризиса ваша компания приобрела более устойчивое положение по сравнению с конкурентами?» ответили: «Стратегические приобретения на основном рынке». Тогда как среди представителей остальных отраслей то же решение выбрали лишь 35%.

Отечественные компании подтверждают тенденцию. Так, Китай и Россия окончательно договорились о планах строительства нефтепровода между двумя странами и транспортировки сырой нефти в Китай. В конце июня 2009 года было одобрено предоставление банком China Development Bank кредита на сумму 10 млрд. долларов США, благодаря чему российская государственная нефтяная компания ОАО «АК Транснефть» может начать строительство трубопровода. А НК «Роснефть» и China National United Oil Corporation могут приступить к заключению договора о поставках нефти сроком на 20 лет. «Газпром», согласно сообщениям различных информационных агентств, прилагает значительные усилия для того, чтобы упрочить свое положение крупнейшего поставщика природного газа на европейские рынки. В этих целях компания работает над заключением договоров поставки в странах Каспийского региона и в Африке.

 

Легкий бриз - отголосок вчерашней бури

И все же падение цен заставило компании адаптироваться к новым условиям. Основные стратегические меры: сохранение стабильности текущей деятельности, защита своих активов, повышение эффективности деятельности, реструктуризация бизнеса, обеспечение устойчивого развития в будущем. При этом Алексей Кондрашов, руководитель Московского нефтегазового центра «Эрнст энд Янг», определяя десятку рисков нефтегазовой отрасли на данном этапе, выделил проблему дефицита кадровых ресурсов (6 место). По его мнению, «данное обстоятельство по-прежнему представляет собой угрозу для показателей отрасли в целом. Существует демографический пробел, который никто не пытается заполнить, а интеллектуальная база тем временем продолжает стареть. Возможности для передачи опыта постепенно иссякают».

«Пробел», о котором пишет эксперт, безусловно, сформировался в 90-е годы из-за спада в стране производства и резкого снижения спроса на работников инженерных специальностей. Сам по себе факт избитый, однако все же удивляет, что среди отраслей, которые до сих пор страдают от него - нефтегазовая. Ведь почти 10 лет цена на углеводороды постоянно растет, а значит, увеличивается прибыльность данного бизнеса. И отраслевые вузы не ощущают недостаток абитуриентов. Тем не менее, кадровый дефицит до сих пор угрожает данной сфере. Не компенсировали спрос и увольнения, которые прошли в нефтегазовых организациях. Их причиной стали замороженные проекты. В частности, глава ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов, говоря о своей компании, заметил, что «сокращение инвестпрограммы по отношению к 2008 году составило около 20%. Где-то 5-7% по добыче и около 15% по переработке».

Однако, по словам Веры Свиридовой, руководителя группы подбора персонала кадрового центра «ЮНИТИ», в российских компаниях сокращения прошли в основном в офисах. «При этом в меньшей степени они коснулись добычи и транспортировки, - замечает эксперт. - Однако часть проектов все же была приостановлена. Больше других ощутили на себе последствия антикризисных мер сервисные компании, специализирующиеся на геологических и геофизических работах. Среди международных компаний, которые заявляли о крупных сокращениях, были и лидеры отрасли. Однако нельзя сказать, что за счет сокращений ситуация с кадрами в отрасли наладилась. Да, кандидаты на рынке есть. Но при этом и вакансий, особенно технических и инженерных, на данный момент немало».

Куда все подевались?

Первая причина дефицита - образование. С одной стороны, без соответствующего диплома на собеседование в нефтегазовую компанию можно не ходить. Этот документ является обязательным условием для трудоустройства как на низовые должности, так и на топовые. Согласно исследованиям рекрутеров, подавляющее число (85%) менеджеров нефтяного бизнеса имеет базовое именно нефтегазовое образование, которое полностью или в целом соответствует профилю бизнес-деятельности компании. Исключения - только для обслуживающих подразделений: финансы, бухгалтерия, IT.

С другой стороны, отраслевые вузы в России можно перечесть по пальцам: Российский государственный университет нефти и газа имени И.М. Губкина, Санкт-Петербургский горный институт, Тюменский нефтегазовый университет, Уфимский нефтяной, Ухтинский, Пермский, Архангельский технические университеты. Есть и другие - не профильные, но уровень подготовки там не тот. А во многих регионах, где новые проекты добычи только запускаются, собственных вузов в области нефти и газа нет вообще.

Так, при освоении Арктики, первым этапом которого стала разработка Штокмановского месторождения (Мурманская область), отечественные компании рискуют столкнуться с немалыми проблемами в плане обеспечения кадровыми ресурсами. «В настоящее время региональная система образования не может адекватно ответить газовикам и нефтяникам нужным количеством и качеством кадров. Не хватает не только специалистов, которые будут их готовить, но и мест, где их можно обучать», - говорит генеральный директор Арктического центра подготовки специалистов нефтегазовой отрасли, доктор экономических наук, профессор Ольга Буч. По ее словам, в структуре специальностей высших и средних специальных учебных заведений Мурманской области более чем 50% гуманитарных.

Отдельный сложный вопрос - инновационные (зачастую таковыми они являются лишь для России) технологии. Взять, например, морские месторождения. Большинство отечественных компаний подобный проект не потянет просто потому, что не смогут найти у нас специалистов, обладающих необходимым опытом, например, изысканий трасс на больших глубинах. ЛУКОЙЛ, кстати, уже занялся вплотную решением этой проблемы. Этой осенью с норвежской компанией Falck Nutec подписано соглашение о сотрудничестве в области создания корпоративного учебного центра по подготовке персонала для работы на морских нефтегазовых объектах. Планируется, что он начнет деятельность в третьем квартале 2010 года и выпускать будет около 2500 человек в год. Однако пока нам приходится звать для решения подобных задач иностранных специалистов.

Но даже если не брать в расчет дефицитные, а рассматривать классические рабочие специальности (инженеры-нефтяники, технологи, бурильщики, операторы, сейсмологи), то и в данном секторе мы увидим постоянную потребность в кадрах. Неужели молодежь не жаждет нефтегазового рубля?

Я в нефтяники пришел - пусть меня устроят

Жаждет, и еще как. Надо отдать должное отечественным и иностранным нефтегазовым компаниям. Они сейчас активно сотрудничают с вузами: проводят работу на правах попечителей, организуют программы для студентов по прохождению практики, дают гранды на обучение. Это действительно повышает интерес молодежи к данной сфере. Но при этом даже среди выпускников РГУ нефти и газа им. Губкина, согласно информации рейтинга вузов SuperJob.ru, идут работать по специальности лишь 45-60%.

В первую очередь отсеивается прекрасная половина выпускников. В иностранных компаниях найти работу по профессии они еще могут, там специалистов-женщин можно встретить даже на платформах. В российских же фирмах, судя по отзывам, девушек не жалуют. Работа для них в основном находится в проектных организациях. Оправдываются кадровики тяжестью работы, а порой отсутствием культуры на производстве. Однако справедливости ради стоит заметить, что и не любая соискательница согласится на те условия, которые предлагают. Ведь большинство компаний поддерживает традицию - после окончания института назначать выпускника не на инженерную, а на рабочую должность на промыслах или трассе.

Это расстраивает и многих амбициозных молодых людей, которые рассчитывали сразу после окончания вуза перейти на работу в личный кабинет. А оказывается, что придется вместо туфель обувать сапоги и на работу ехать не в центр столицы, а в Когалым... О такой работе мечтает уже не каждый, однако энтузиазм в рядах молодых есть (жаль, что хватает его часто лишь на рассылку резюме).

Далекий Север ждет

Но чтобы взять нескольких «зеленых» специалистов, в компании необходимы те, которые научат молодежь работать, а вот здесь нехватка ощущается острее. Удаленность разработок становится еще одной проблемой в решении кадровых вопросов отрасли. Взять, к примеру, Сахалин. В своих отзывах работающие там специалисты много пишут о «колоссальных  возможностях карьерного роста», «опыте работы в компании глобального масштаба», «уникальном по своим масштабам и техническим решениям проекте». Однако никто не говорит, что там, вопреки ожиданиям, их встретили комфортные условия для жизни. А по климатическим условиям верхняя часть острова - Крайний Север. Центральная часть - долина: зимой здесь очень холодно, а на пике лета воздух прогревается до +40.

По словам заместителя председателя Комитета Совета Федерации по делам Содружества Независимых Государств Бориса Третьяка, представляющего в Совете Федерации Сахалинскую область, сейчас остров ожил. При этом он признается, что «с жильем не лучше, чем в Москве: его не хватает, и стоит оно, как в столице». Актуальна там и проблема с трудоустройством. «Люди работают только на проектах. 200-300 человек - на платформе, есть бухгалтерия, плановый отдел, снабжения, транспорта. Но рабочих мест в этих структурах на всех не хватает. Иными словами, условия, которые могли бы держать здесь население, не созданы», - заключает Борис Третьяк. Значит, жене нефтяника уже работать будет негде, да и вечером пойти с ней некуда...

Большой психологической проблемой для специалистов, уезжающих на удаленные объекты, становится оторванность от европейской части России. Стоит заметить, что летать на выходные домой - очень накладно. Так, билет до столицы, например, с того же острова в межсезонье стоит 7-10 тысяч рублей, в остальное время - 29-50 тысяч рублей. 

Однако, по словам Веры Свиридовой, сегодня стало гораздо проще уговорить специалистов на переезд и даже на вахту. «Например, недавно закрыли вакансию на Сахалине, подходящего российского специалиста по бурению нашли в Эмиратах. Переезжают и из Москвы. Так, одна соискательница долгое время не могла найти достойную работу в столице - предлагали бесперспективные ассистентские вакансии помощника. Уехала она тоже на Сахалин, но уже в качестве специалиста-геофизика с возможностью роста», - замечает эксперт «ЮНИТИ».

Причем нельзя сказать, что специалистов привлекают большими заработками. Скорее заинтересовывают как раз новыми горизонтами в карьере. Например, у «Газпрома» есть свой корпоративный институт, там проходят обучение как новые работники, так и сотрудники, которые заинтересованы в продвижении - школа резерва. Действительно, крупные компании кадры растят сами - именно поэтому устроиться туда специалисту со стороны не так просто. А еще в отечественных корпорациях сильно развит протекционизм. Часто можно встретить мнение о том, что берут на работу и продвигают по службе знакомых и родственников. Конечно, если предприятие развивается в отдаленном районе, то постепенно все жители становятся родственниками. Однако тут надо сделать не очень приятный реверанс в сторону сомнительного качества отдельных специалистов.  

В итоге получается, что «так сказать профессионалов» в отрасли достаточно (новички плюс кому «суждено»). А вот тех, кто действительно может и умеет работать, не сыскать. Одни уже наверху, остальные ищут более выгодных условий. Судя по отзывам на нефтегазовых форумах, «спецы с годами опыта и сложившейся репутацией, которых знают в тесном нефтяном мире как агенты, так и представители отдельных компаний, в нынешние трудные времена ждут подходящей работы месяцами». А в это время отечественная отрасль далеко не на высоте. Взять тот же Штокман - отечественные фирмы  допущены к участию в первом этапе освоения данного месторождения лишь в роли подрядчиков. Так при этом еще и не готовы браться за многие проекты, ссылаясь на то, что условия тендера не соответствуют возможностям и опыту российских компаний.

Уже и не понятно, должен ли прогресс подстраиваться под уровень развития российской нефтегазовой отрасли или все-таки она сама подтянется...